Специально разработанный для китайского рынка удлинённый электрический седан Mercedes‑Benz CLA L оказался коммерческим разочарованием: по данным отраслевых источников, за первое полугодие 2026 года в Китае реализовано всего 627 экземпляров, после чего выпуск модели на заводе Beijing Benz был временно приостановлен. Официального подтверждения остановки производства со стороны Mercedes‑Benz пока нет, однако несколько профильных изданий со ссылкой на внутренние источники и статистику продаж сходятся во мнении, что проект CLA L в текущем виде не оправдал ожиданий концерна. Модель «только для Китая»: удлинённая база и адаптированный софт CLA L — это эксклюзивная для китайского рынка версия нового электрического Mercedes‑Benz CLA с удлинённой колёсной базой на 40 мм и увеличенным общим габаритом до примерно 4,76 м. Такая компоновка традиционно востребована в КНР, где многие производители предлагают «long»-версии седанов и кроссоверов ради большего пространства для пассажиров второго ряда. Модель оснащается батареей ёмкостью около 89 кВт·ч и в китайском цикле CLTC заявляет запас хода до 866 км , что формально делает её одной из самых «дальнобойных» машин в своём сегменте. CLA L также получил адаптированный под местный рынок программный комплекс, включая расширенные функции искусственного интеллекта и быструю зарядку, призванные конкурировать с локальными технологичными брендами. Производство седана велось на мощностях совместного предприятия Beijing Benz Automotive — это СП Mercedes‑Benz и китайской BAIC Motor, отвечающее за выпуск ряда моделей премиум‑класса для внутреннего рынка КНР. Статистика продаж: резкий всплеск и обвал до нуля Ключевой причиной остановки конвейера стали крайне низкие объёмы реализации на крупнейшем мировом рынке электромобилей. По данным MBPassion, на которые ссылаются Carscoops и ряд европейских медиа, в первой половине 2026 года дилерам удалось поставить всего 627 автомобилей CLA L. Динамика по месяцам выглядит следующим образом: январь — 35 машин; февраль — 21 машина, минимум за период; март — кратковременный всплеск до 358 единиц; апрель — спад до 52; май — 161 автомобиль; июнь — по ряду источников, 0 новых регистраций . Именно данные о нулевых июньских продажах стали поводом для громких заголовков о «провале» модели и «символе кризиса» продаж электромобилей Mercedes в Китае. При этом некоторые китайские статистические сводки всё же фиксируют незначительные регистрации, что указывает на возможные расхождения в методологии учёта и сохраняющуюся неопределённость. Временная пауза: что известно о остановке производства Ряд европейских и азиатских изданий, включая MBPassion и Highmotor, сообщают о временной остановке сборки CLA L на заводе Beijing Benz в Пекине. Отмечается, что при таком уровне спроса массовое производство теряет экономический смысл, а дальнейший выпуск грозит переизбытком складских запасов. Mercedes‑Benz публично не подтверждал ни факт остановки конвейера, ни возможные сроки возобновления производства, что оставляет открытым вопрос о будущем самой модели. По данным MBPassion, не исключается сценарий полного ухода CLA L с рынка, если оценка спроса окажется устойчиво ошибочной и переломить ситуацию не удастся. Таким образом, текущий статус проекта можно описать как «замороженный»: формально модель в линейке остаётся, но её выпуск, по информации профильных источников, поставлен на паузу из-за несоответствия продаж первоначальным прогнозам. Почему «китайский» CLA не стал хитом Аналитики связывают слабый интерес к CLA L не с техническими характеристиками, а с общим изменением конкурентной среды на рынке электромобилей КНР . Немецкие издания отмечают, что Mercedes‑Benz всё сложнее конкурировать с местными брендами Xiaomi, Nio, BYD, XPeng и другими, предлагающими агрессивные цены, глубокую интеграцию цифровых сервисов и быстро обновляемые модельные линейки. На фоне локальных производителей, ориентированных на онлайн‑продажи и экосистемы «умного дома» и мобильных сервисов, даже премиальный статус марки Mercedes уже не гарантирует успеха в среднем ценовом сегменте электроседанов. При этом CLA L позиционируется как технологически продвинутый, но при первом старте продаж сообщалось о ценах, сопоставимых с некоторыми массовыми моделями, что должно было сделать его конкурентоспособным по соотношению «имидж/стоимость». Отдельной проблемой называют возможное несовпадение продукта с ожиданиями китайской аудитории: удлинённая база и просторный задний ряд стали стандартом рынка, а ключевым фактором выбора всё чаще выступают дизайн интерфейсов, качество встроенных сервисов, локальные супер‑приложения и «умные» функции, в которых новые китайские бренды движутся быстрее традиционных автоконцернов. Последствия для стратегии Mercedes‑Benz в Китае Неудачный старт CLA L рассматривается как показатель более широкой проблемы: перехода власти на рынке электромобилей КНР к местным игрокам даже в сегментах, где исторически доминировали европейские премиальные марки. Для Mercedes‑Benz это сигнал о необходимости пересмотра продуктовой и ценовой стратегии, а также адаптации цифровой части автомобиля к местным привычкам пользователей. В то же время, провал одной модели не означает отказ концерна от китайского рынка. Компания продолжает развивать производство через совместные предприятия, расширять электрическую линейку и тестировать разные форматы сотрудничества с локальными IT‑игроками. Однако кейс CLA L, созданного «под Китай» и оказавшегося невостребованным, уже стал показательной иллюстрацией рисков при попытке точечной адаптации глобальной платформы к сверхдинамичному рынку.
Специально разработанный для китайского рынка удлинённый электрический седан Mercedes‑Benz CLA L оказался коммерческим разочарованием: по данным отраслевых источников, за первое полугодие 2026 года в Китае реализовано всего 627 экземпляров, после чего выпуск модели на заводе Beijing Benz был временно приостановлен. Официального подтверждения остановки производства со стороны Mercedes‑Benz пока нет, однако несколько профильных изданий со ссылкой на внутренние источники и статистику продаж сходятся во мнении, что проект CLA L в текущем виде не оправдал ожиданий концерна. Модель «только для Китая»: удлинённая база и адаптированный софт CLA L — это эксклюзивная для китайского рынка версия нового электрического Mercedes‑Benz CLA с удлинённой колёсной базой на 40 мм и увеличенным общим габаритом до примерно 4,76 м. Такая компоновка традиционно востребована в КНР, где многие производители предлагают «long»-версии седанов и кроссоверов ради большего пространства для пассажиров второго ряда. Модель оснащается батареей ёмкостью около 89 кВт·ч и в китайском цикле CLTC заявляет запас хода до 866 км , что формально делает её одной из самых «дальнобойных» машин в своём сегменте. CLA L также получил адаптированный под местный рынок программный комплекс, включая расширенные функции искусственного интеллекта и быструю зарядку, призванные конкурировать с локальными технологичными брендами. Производство седана велось на мощностях совместного предприятия Beijing Benz Automotive — это СП Mercedes‑Benz и китайской BAIC Motor, отвечающее за выпуск ряда моделей премиум‑класса для внутреннего рынка КНР. Статистика продаж: резкий всплеск и обвал до нуля Ключевой причиной остановки конвейера стали крайне низкие объёмы реализации на крупнейшем мировом рынке электромобилей. По данным MBPassion, на которые ссылаются Carscoops и ряд европейских медиа, в первой половине 2026 года дилерам удалось поставить всего 627 автомобилей CLA L. Динамика по месяцам выглядит следующим образом: январь — 35 машин; февраль — 21 машина, минимум за период; март — кратковременный всплеск до 358 единиц; апрель — спад до 52; май — 161 автомобиль; июнь — по ряду источников, 0 новых регистраций . Именно данные о нулевых июньских продажах стали поводом для громких заголовков о «провале» модели и «символе кризиса» продаж электромобилей Mercedes в Китае. При этом некоторые китайские статистические сводки всё же фиксируют незначительные регистрации, что указывает на возможные расхождения в методологии учёта и сохраняющуюся неопределённость. Временная пауза: что известно о остановке производства Ряд европейских и азиатских изданий, включая MBPassion и Highmotor, сообщают о временной остановке сборки CLA L на заводе Beijing Benz в Пекине. Отмечается, что при таком уровне спроса массовое производство теряет экономический смысл, а дальнейший выпуск грозит переизбытком складских запасов. Mercedes‑Benz публично не подтверждал ни факт остановки конвейера, ни возможные сроки возобновления производства, что оставляет открытым вопрос о будущем самой модели. По данным MBPassion, не исключается сценарий полного ухода CLA L с рынка, если оценка спроса окажется устойчиво ошибочной и переломить ситуацию не удастся. Таким образом, текущий статус проекта можно описать как «замороженный»: формально модель в линейке остаётся, но её выпуск, по информации профильных источников, поставлен на паузу из-за несоответствия продаж первоначальным прогнозам. Почему «китайский» CLA не стал хитом Аналитики связывают слабый интерес к CLA L не с техническими характеристиками, а с общим изменением конкурентной среды на рынке электромобилей КНР . Немецкие издания отмечают, что Mercedes‑Benz всё сложнее конкурировать с местными брендами Xiaomi, Nio, BYD, XPeng и другими, предлагающими агрессивные цены, глубокую интеграцию цифровых сервисов и быстро обновляемые модельные линейки. На фоне локальных производителей, ориентированных на онлайн‑продажи и экосистемы «умного дома» и мобильных сервисов, даже премиальный статус марки Mercedes уже не гарантирует успеха в среднем ценовом сегменте электроседанов. При этом CLA L позиционируется как технологически продвинутый, но при первом старте продаж сообщалось о ценах, сопоставимых с некоторыми массовыми моделями, что должно было сделать его конкурентоспособным по соотношению «имидж/стоимость». Отдельной проблемой называют возможное несовпадение продукта с ожиданиями китайской аудитории: удлинённая база и просторный задний ряд стали стандартом рынка, а ключевым фактором выбора всё чаще выступают дизайн интерфейсов, качество встроенных сервисов, локальные супер‑приложения и «умные» функции, в которых новые китайские бренды движутся быстрее традиционных автоконцернов. Последствия для стратегии Mercedes‑Benz в Китае Неудачный старт CLA L рассматривается как показатель более широкой проблемы: перехода власти на рынке электромобилей КНР к местным игрокам даже в сегментах, где исторически доминировали европейские премиальные марки. Для Mercedes‑Benz это сигнал о необходимости пересмотра продуктовой и ценовой стратегии, а также адаптации цифровой части автомобиля к местным привычкам пользователей. В то же время, провал одной модели не означает отказ концерна от китайского рынка. Компания продолжает развивать производство через совместные предприятия, расширять электрическую линейку и тестировать разные форматы сотрудничества с локальными IT‑игроками. Однако кейс CLA L, созданного «под Китай» и оказавшегося невостребованным, уже стал показательной иллюстрацией рисков при попытке точечной адаптации глобальной платформы к сверхдинамичному рынку.
Опрос выявил значительный разрыв в знаниях об ИИ среди сельских жителей Небраски в зависимости от возраста, образования и дохода Новый опрос сельских районов Небраски (Nebraska Rural Poll) показывает, что большинство сельских жителей штата обладают ограниченными знаниями об искусственном интеллекте, а уровень осведомленности об ИИ сильно варьируется в зависимости от возраста, образования и дохода . Полученные данные свидетельствуют о том, что сельские общины Небраски полностью вписываются в более широкую общенациональную модель, в рамках которой более молодые, образованные и обеспеченные жители гораздо чаще используют и понимают инструменты ИИ, чем их более пожилые и менее обеспеченные соседи. Большинство сельских жителей Небраски признаются, что мало знают об ИИ В ходе опроса Nebraska Rural Poll 2024 года, проведенного Университетом Небраски-Линкольна, тысячи сельских жителей ответили на вопросы о том, насколько хорошо они осведомлены об искусственном интеллекте и пользуются ли они инструментами ИИ. Чуть более половины респондентов — 53% — заявили, что они совершенно не или лишь незначительно информированы об ИИ. Около 34% охарактеризовали себя как умеренно информированных, и только 13% сообщили, что они хорошо или очень хорошо осведомлены в этой области. Показатели использования оказались столь же скромными. Примерно 27% сельских жителей Небраски заявили, что использовали инструменты ИИ, такие как чат-боты или автоматизированные помощники для письма; это означает, что почти три четверти никогда их не пробовали. Исследователи отмечают, что столь низкий уровень вовлеченности вызывает опасения относительно того, смогут ли сельские общины в полной мере участвовать в экономических и общественных изменениях, обусловленных развитием ИИ. Возраст — главный критерий разделения Возраст стал одним из самых сильных факторов, определяющих опыт работы с ИИ согласно опросу Rural Poll. Среди жителей Небраски моложе 30 лет большинство — 55% — сообщили об использовании инструментов ИИ, что резко контрастирует с показателями пожилых людей. Только около 9% респондентов в возрасте 65 лет и старше заявили, что использовали ИИ. Молодые люди также гораздо чаще отмечали, что они хорошо или очень хорошо информированы об ИИ. Этот возрастной разрыв соответствует общенациональным данным. Исследование Pew Research Center 2025 года показало, что около 62% взрослых американцев моложе 30 лет «много» слышали или читали об ИИ, по сравнению с лишь 32% взрослых в возрасте 65 лет и старше. Другие исследования показали, что использование ИИ достигает пика в начале и середине карьеры и неуклонно снижается после 60 лет. Образование и доход тесно связаны с использованием ИИ Отчет Nebraska Rural Poll показывает, что люди с более высоким уровнем образования гораздо чаще экспериментируют с инструментами ИИ. Около 40% респондентов, имеющих как минимум диплом бакалавра, сообщили об использовании ИИ, по сравнению с лишь 4% среди тех, кто имеет только среднее образование или ниже. Опрос также выявил более высокую активность среди людей, занятых в сфере управления, профессиональных услуг, образования, общественного питания и личного обслуживания, где обычно требуется более серьезная профессиональная подготовка. Ситуация с уровнем дохода домохозяйств аналогична. Сельские жители Небраски с более высокими доходами чаще заявляли, что пробовали инструменты ИИ, и чувствовали себя как минимум умеренно информированными об этой технологии. На национальном уровне анализ Phoenix Center, охвативший более 7000 взрослых американцев, показал, что использование ИИ и осведомленность об ИИ растут вместе с доходом и уровнем образования, снижаясь с возрастом. Отдельный опрос Ратгерского университета также показал, что американцы с более высоким доходом и высшим образованием чаще используют ИИ, больше доверяют ему и демонстрируют большие знания о принципах его работы. Ограниченное доверие к тому, что ИИ служит общественным интересам Помимо уровня осведомленности и использования, в Nebraska Rural Poll изучалось отношение жителей к более широкому влиянию ИИ. Многие респонденты заявили, что не уверены в том, что ИИ используется в интересах общества. Этот скептицизм был особенно выражен среди тех, кто чувствовал себя наименее информированным, что позволяет предположить, что низкая цифровая грамотность может подпитывать недоверие. Национальные исследования указывают на схожие тенденции. Хотя более образованные и обеспеченные американцы склонны больше доверять ИИ, опросы неизменно фиксируют опасения среди различных демографических групп по поводу потери рабочих мест, дезинформации и конфиденциальности. Для сельских общин, экономика которых часто зависит от сельского хозяйства, малого бизнеса и местных услуг, ставки в вопросе того, как ИИ изменит работу и коммуникацию, могут казаться особенно высокими. Более широкая проблема цифровой готовности Небраски Новые выводы об ИИ были сделаны в штате, который уже сталкивается со структурными проблемами в области технологической готовности. Согласно недавнему анализу, Небраска заняла 20-е место с конца среди штатов по уровню готовности к экономике ИИ, исходя из показателей занятости, образования и государственного финансирования. В отчете упоминается относительно слабая федеральная поддержка инноваций в малом бизнесе, ориентированном на технологии, и уровень получения степеней в области ИИ среди жителей Небраски в возрасте чуть более 20 лет, который ниже среднего. Более ранние исследования цифровой готовности в Небраске также выявили значительные разрывы, связанные с возрастом, доходом и уровнем образования, при этом различия между городскими и сельскими округами были менее выраженными. Похоже, что именно эти факторы сегодня определяют, кто знает об ИИ, а кто чувствует себя «оставленным за бортом». Призыв к образованию и просвещению в сельских общинах Исследователи, проводившие Rural Poll, утверждают, что результаты подчеркивают необходимость целенаправленного образования и просветительской работы, чтобы сельские жители Небраски могли извлечь выгоду из ИИ, а не оказаться в стороне от прогресса. Они доказывают, что повышение грамотности в вопросах ИИ — от базовых определений до практических примеров применения в сельском хозяйстве, здравоохранении и местном самоуправлении — помогло бы жителям принимать более обоснованные решения и оценивать риски. Модель, выявленная в Небраске, отражает более широкие академические исследования, показывающие, что молодые люди с высшим образованием и средним или высоким уровнем дохода используют более широкий спектр инструментов ИИ, сообщают о большей уверенности и полагаются на ИИ при выполнении более сложных задач. Эксперты предупреждают: без целенаправленных усилий по устранению этих разрывов ИИ может усугубить существующее неравенство в экономических возможностях, гражданском участии и доступе к информации.
Жара, «железо» и геополитика: взгляд изнутри на шанхайскую конференцию по искусственному интеллекту Всемирная конференция по искусственному интеллекту (WAIC) 2026 года в Шанхае стала площадкой не только для демонстрации передовых алгоритмов и чипов, но и для реализации стремления Китая изменить глобальное управление в сфере ИИ на фоне усиливающейся конкуренции с Соединенными Штатами. От рекордных по масштабам выставочных залов до технологических прорывов, представленных в условиях изнуряющей летней жары, — мероприятие подчеркивает, как аппаратное обеспечение для ИИ, вычислительные мощности и международное нормотворчество становятся центральными элементами технологической стратегии Китая. Рекордный масштаб и фокус на вычислительных мощностях Девятая конференция WAIC, проходившая с 17 по 20 июля, заняла более 100 000 квадратных метров выставочной площади в четырех павильонах и трех локациях Шанхая, что стало самым масштабным показателем за всю историю мероприятия. По словам организаторов, более 1100 предприятий представили свыше 3000 технологий, а более 300 продуктов в сфере ИИ дебютировали на мировом рынке, что подтверждает роль конференции как стартовой площадки для нового аппаратного и программного обеспечения. Конференция структурирована по двум основным направлениям: интеллектуальные вычисления , сфокусированные на инфраструктуре ИИ и чипах, и воплощенный интеллект (embodied intelligence) , сосредоточенный на робототехнике и устройствах с поддержкой ИИ. Каждое из направлений привлекло более 200 компаний, что знаменует переход от чисто алгоритмических инноваций к созданию крупномасштабных надежных вычислительных платформ и их практическому внедрению. Отечественное «железо» в центре внимания Центральной темой WAIC 2026 стала гонка за создание мощной вычислительной инфраструктуры собственного производства в условиях экспортного контроля США на поставки современных чипов. Отраслевые аналитики на конференции отмечают, что китайские чипы преодолели переломный момент, перейдя от категории «просто пригодных» к «высокоэффективным», что отражает быстрый прогресс в производительности, эффективности планирования и зрелости экосистемы. Один из самых заметных аппаратных экспонатов — Atlas 950 Super Node от Huawei, представленный как одна из крупнейших в отрасли платформ для вычислений в сфере ИИ и символ усилий Китая по снижению зависимости от иностранных компонентов. Система предназначена для поддержки масштабных рабочих нагрузок при обучении больших моделей, что подчеркивает, как вычислительные кластеры, а не отдельные чипы, становятся эталоном национального потенциала в области ИИ. Среди других новинок — 3D-чипы с памятью, расположенной в непосредственной близости к процессору (near-memory computing), и новые конструкции ускорителей, направленные на повышение энергоэффективности и пропускной способности для задач ИИ. Эти инновации решают более широкую проблему «жары», нависшую над сектором: по мере увеличения моделей и плотности дата-центров управление теплоотводом и энергопотреблением становится критическим ограничением для масштабирования ИИ, особенно во время жаркого китайского лета. Экспоненты на WAIC демонстрируют решения по охлаждению и оптимизации архитектуры как часть усилий по управлению физическими ограничениями аппаратного обеспечения ИИ. Гигантские модели, агенты и стоящее за ними «железо» Что касается программного обеспечения, китайские фирмы используют WAIC для демонстрации передовых моделей, которые сильно зависят от отечественных вычислительных мощностей. Мультимодальная большая модель M3 от MiniMax, представленная как фундаментальная модель с открытым исходным кодом, по имеющимся данным, содержит около 2,8 триллиона параметров и поддерживает контекстное окно до 1 000 000 токенов, работая с текстом, изображениями, аудио и видео. Такие характеристики ставят ее в один ряд с крупнейшими моделями с открытым исходным кодом в Китае и подчеркивают ресурсоемкость современных исследований в области ИИ. Конференция также акцентирует внимание на стремительной эволюции ИИ-агентов — систем, способных выполнять задачи и транзакции, а не просто вести диалог. Новая «агентная операционная система» под названием Jieyue позиционируется как первая в отрасли полноценная агентная ОС, призванная перевести агентов из стадии концептуальных демо-версий в разряд повседневных инструментов продуктивности. Параллельно экспоненты представили то, что они называют первым в мире смартфоном с ИИ-агентом, интегрирующим агентские возможности на уровне устройства и намекающим на будущее, где терминалы будут перестроены вокруг операционных систем, созданных специально для ИИ. Эти программные достижения подчеркивают стратегическую важность надежной вычислительной инфраструктуры. Комментаторы на конференции подчеркивают, что конкуренция смещается от чистого масштаба — например, общего количества FLOPS или числа GPU — к сквозной производительности, эффективности планирования и интеграции с промышленными рабочими процессами. На сессиях WAIC неоднократно подчеркивалось, как улучшения в использовании аппаратного обеспечения и оркестрации могут по своему влиянию соперничать с прорывами в алгоритмах. Воплощенный интеллект: роботы выходят из лабораторий Второе ключевое направление, воплощенный интеллект, демонстрирует человекоподобных роботов, «умные» манипуляторы и другие физические системы, призванные вывести ИИ из дата-центров на заводы, в дома и общественные пространства. Экспонаты включают множество гуманоидных платформ и манипуляторов для логистики, производства и сферы услуг, что отражает амбиции Китая по глубокой интеграции ИИ в свою промышленную базу. Организаторы конференции заявляют, что WAIC уже способствовала реализации 57 крупных прикладных сценариев, а предполагаемые соглашения о сотрудничестве оцениваются в 16,2 млрд юаней (около 2,2 млрд долларов США), что иллюстрирует стремление превратить прототипы исследований в коммерческие внедрения. Эти сценарии охватывают сферы от «умного» производства и автономной логистики до управления городским хозяйством и здравоохранения, где воплощенный интеллект должен дополнить, а не заменить людей-работников. Стремление Си Цзиньпина сформировать глобальное управление ИИ Помимо демонстрации технологий, WAIC 2026 используется Пекином как площадка для продвижения новой глобальной архитектуры управления ИИ. В своем обращении на церемонии открытия председатель КНР Си Цзиньпин призвал страны воспользоваться тем, что он назвал «исторической возможностью» открытого ИИ, предупредив, что неравный доступ к этой технологии может создать «новые исторические несправедливости». Он представил Китай как поборника расширения доступа к ИИ для развивающихся стран и заявил, что правила в этой сфере не должны диктоваться одной страной. Речь Си совпала с официальным запуском Всемирной организации по сотрудничеству в области искусственного интеллекта (WAICO) — межправительственного органа со штаб-квартирой в Шанхае. Согласно официальным данным, 29 стран-учредителей, включая Бразилию, Россию, Пакистан и Индонезию, а также 10 африканских и 12 азиатских государств, подписали соглашение о создании WAICO в качестве механизма, призванного обеспечить «справедливое и беспристрастное» глобальное управление ИИ. Китай также пообещал выделить 5000 квот на обучение в области ИИ для развивающихся стран через WAICO и связанные с ней инициативы, позиционируя новую организацию как инструмент для наращивания потенциала стран Глобального Юга. Китайские СМИ и официальные лица называют этот шаг «новым сигналом» открытости и сотрудничества, даже несмотря на то, что он неявно бросает вызов существующим западным форумам и органам по стандартизации в сфере ИИ. Геополитика, высокие ставки и столкновение видений Геополитический подтекст WAIC очевиден. Соединяя масштабные выставки «железа» с новым многосторонним органом управления, Пекин сигнализирует, что контроль над инфраструктурой и стандартами ИИ является стратегическим приоритетом, сопоставимым с телекоммуникационной и полупроводниковой политикой. Акцент Си на моделях с открытым кодом и доступных вычислительных мощностях, вероятно, будет воспринят в Вашингтоне и других столицах как искренняя заявка на более широкое участие, так и вызов влиянию США в установлении норм. В то же время коммерческие показатели конференции подчеркивают экономические ставки. Планируемые сделки на 16,2 млрд юаней и десятки крупномасштабных прикладных проектов позволяют предположить, что WAIC превращается из выставочного мероприятия в крупный рынок и политическую арену для амбиций Китая в области ИИ. Для международных инвесторов, партнеров и конкурентов сочетание энергоемких дата-центров, быстро развивающегося отечественного оборудования и недавно предложенных глобальных институтов делает шанхайскую конференцию WAIC фокусной точкой, позволяющей наблюдать за тем, как будет проходить следующий этап гонки ИИ.
В Аргентине запущена новая онлайн‑петиция с требованием переиграть финал чемпионата мира по футболу 2026 года , в котором национальная команда встречалась со сборной Испании. Авторы инициативы заявляют о предвзятом судействе словенского арбитра Славко Винчича и настаивают на назначении другого судьи в случае повторного матча. Документ уже собрал десятки тысяч подписей и активно распространяется в социальных сетях. Суть претензий к судейству в финале Петиция аргентинских болельщиков появилась на фоне ожесточённых дискуссий вокруг судейства в финальном матче ЧМ‑2026. По мнению авторов обращения, Винчич допустил ряд ключевых ошибок, которые, как они считают, повлияли на исход встречи в пользу Испании. Болельщики утверждают, что судья действовал «предвзято» и трактовал спорные эпизоды не в пользу аргентинской команды. Авторы документа требуют официального пересмотра матча и настаивают, что финал должен обслуживать другой арбитр, выбранный вне всяких подозрений в симпатиях к одной из сторон. При этом конкретные эпизоды, которые вызвали наибольшее возмущение, в тексте петиции подробно не перечисляются – акцент сделан на общем обвинении в необъективности судейства. Как быстро растёт число подписей По данным специализированных спортивных изданий, инициатива аргентинских фанатов за короткое время привлекла значительное внимание. Уже вскоре после запуска петиция собрала более 35 тысяч подписей , и их количество продолжает расти благодаря активному распространению обращения в социальных сетях и фанатских сообществах. Подобная динамика показывает, что тема судейства и доверия к арбитрам остаётся одной из наиболее чувствительных на крупных турнирах, особенно когда речь идёт о решающем матче чемпионата мира. При этом, даже набирая десятки тысяч голосов, подобные инициативы остаются неофициальными и не имеют прямого влияния на регламент чемпионата. Цепная реакция петиций на ЧМ‑2026 Петиция из Аргентины вписывается в более широкий тренд ЧМ‑2026, ставшего одним из самых конфликтных турниров с точки зрения общественного восприятия судейства. Ранее в интернете была запущена петиция с требованием переиграть полуфинал Франция — Испания , авторы которой также заявляли о предвзятых действиях арбитров. Документ собрал десятки тысяч подписей: разные источники оценивали поддержку инициативы от 55 до почти 100 тысяч человек, а отдельные публикации сообщали о 78 тысячах подписавшихся. Параллельно в сети сформировалась ещё более масштабная кампания против участия сборной Аргентины в самом турнире. На специально созданном сайте ArgentinaOut появилась петиция с требованием исключить команду Лионеля Месси из ЧМ‑2026. Её авторы обвиняют ФИФА и судейский корпус в систематической предвзятости и утверждают, что турнир якобы организован таким образом, чтобы обеспечить аргентинцам максимально лёгкий путь к финалу. По данным различных СМИ, число подписей под этой инициативой росло лавинообразно: сначала сообщалось о 2,5–3 млн голосов, а к середине июля отдельные издания фиксировали уже более 10 миллионов подписей. Несмотря на это, эксперты подчёркивают, что сайт не имеет никакого официального статуса и не может повлиять на участие сборной Аргентины в турнире. Исторический контекст: от споров вокруг ЧМ‑2022 к новым конфликтам Появление аргентинской петиции о переигровке финала ЧМ‑2026 отчасти перекликается с событиями четырёхлетней давности. После финала ЧМ‑2022 в Катаре французские болельщики запустили петицию с требованием переиграть матч против Аргентины, обвиняя судейство в продажности и допущенных ошибках. В ответ в Аргентине была создана собственная петиция под громким лозунгом «Франция, хватит плакать», которая за несколько часов собрала десятки тысяч подписей. Тогда спор остался в плоскости общественной дискуссии: ФИФА не рассматривала подобные обращения, а результаты турнира не подвергались пересмотру. Текущая волна петиций вокруг ЧМ‑2026 показывает, что недоверие части болельщиков к системе судейства и к прозрачности решений футбольных инстанций не только не ослабло, но и усилилось. Активность фанатов в интернете превращается в значимый фактор общественного давления, хотя формально и не влияет на регламенты. Позиция ФИФА и юридические перспективы Несмотря на резонанс, ФИФА традиционно занимает жёсткую позицию в вопросе пересмотра результатов матчей по инициативе болельщиков. Юристы и футбольные чиновники подчёркивают, что петиции на сторонних платформах, включая проект ArgentinaOut, не являются официальными документами и не могут служить основанием для дисквалификации команды или переигровки матча. Организация руководствуется собственным регламентом, а решения о пересмотре результатов принимаются только в исключительных случаях, связанных с грубыми нарушениями правил – например, участием незаявленного игрока или серьёзными административными нарушениями. Обвинения в предвзятости судей, даже при значительной общественной поддержке, как правило, не приводят к повторному проведению матчей. Официальных комментариев ФИФА по поводу новой аргентинской петиции о переигровке финала на момент подготовки материала не публиковалось. Ранее организация придерживалась тактики игнорирования подобных инициатив, ограничиваясь внутренним анализом работы судейского корпуса. Имидж турнира и дальнейшие последствия Эксперты отмечают, что, хотя фанатские кампании не имеют юридической силы, они наносят ощутимый репутационный удар по имиджу турнира и его организаторов. Миллионы подписей под обращениями против Аргентины и десятки тысяч голосов за переигровку финала и полуфинала ЧМ‑2026 формируют в общественном сознании картину турнира, омрачённого скандалами и подозрениями в необъективности. Для ФИФА это означает дополнительное давление в вопросах прозрачности назначения судей, применения системы видеоповторов (VAR) и публичного объяснения спорных решений. Для национальных федераций — необходимость более активно работать с болельщиками, чтобы снизить градус недоверия и предотвратить превращение каждого спорного эпизода в международный скандал. Новая петиция в Аргентине по поводу финала ЧМ‑2026, вероятнее всего, не приведёт к пересмотру результата матча. Однако она уже стала частью более широкой дискуссии о будущем судейства в футболе и о том, как спортивные организации должны реагировать на беспрецедентную активность фанатов в цифровую эпоху.
The confrontation between the two main football structures — FIFA and UEFA — has once again taken center stage against the backdrop of protracted corruption investigations and high-profile political episodes in which Donald Trump is unexpectedly involved. The history of the 2015 "FIFA-gate" continues to influence the balance of power in world football, while the acquittal of former executives and new lawsuits threaten yet another reputational crisis. From "FIFA-gate" to Institutional Conflict The corruption scandal dubbed "FIFA-gate" erupted in May 2015, when Swiss police, at the request of American authorities, arrested seven high-ranking FIFA officials in Zurich. They were charged with fraud, money laundering, racketeering, and receiving bribes totaling over $150 million for tournament hosting rights and media rights. In total, 14 current and former functionaries were under investigation, and the FBI's probe spanned nearly a quarter of a century. The blow to FIFA's reputation was so severe that European football leaders were also drawn into the epicenter of the scandal. Then-FIFA President Sepp Blatter and UEFA head Michel Platini became subjects of a separate case regarding a suspicious payment of about 2 million Swiss francs (approximately $2 million), which Blatter transferred to Platini for work performed back in the late 1990s and early 2000s. FIFA and UEFA, formally acting as partners in global football governance, found themselves on opposite sides of an internal political conflict. In 2015, UEFA officially demanded that FIFA investigate the emergence of a compromising dossier on Platini, hinting at an attempt at political maneuvering within FIFA itself. This episode became a symbol of the "cold war" between the two organizations, which are simultaneously dependent on each other and fighting for influence in world football. Legal Resolution: The Acquittal of Blatter and Platini The Swiss prosecutor's office accused Blatter and Platini of the 2 million franc payment being an illegal bribe linked to the distribution of power and influence within FIFA and UEFA. The prosecution argued that the contractual relations were not properly documented and that payment years later looked like an attempt at covert financial inducement. Nevertheless, in 2022, a Swiss federal court handed down an acquittal, finding that the prosecution had failed to prove the corrupt nature of the transfer. In 2025, an appellate court upheld this decision: the payment was classified as legitimate remuneration for Platini's work at FIFA between 1998 and 2002. The acquittal has entered into legal force, closing one of the key cases that effectively removed Blatter and Platini from football politics. Following his final acquittal, Platini stated that the 2015 case was fabricated to prevent him from becoming FIFA president and filed lawsuits in French courts, accusing a number of individuals and institutions of "criminal conspiracy, false reporting, and defamation." Thus, the conflict moved from the football pitch to the realm of civil lawsuits and political accusations, again raising the question: where does the line lie between fighting corruption and fighting for power in football bureaucracy? Choosing World Cup Hosts: Russia, Qatar, and US Pressure At the heart of "FIFA-gate" were not only payments to officials, but also the processes for choosing the hosts of the 2018 and 2022 World Cups. The US Department of Justice accused a number of former FIFA functionaries of taking bribes to support the bids of Russia and Qatar. According to the investigation, they were promised or paid millions of dollars for votes in favor of these countries when choosing the hosts for the world championships. Sepp Blatter himself explained the anti-corruption campaign at FIFA as a political conflict between the US and Russia, claiming that Washington was using the scandal to pressure the federation after the American bid for the 2018 World Cup failed. These statements, while not confirmed by judicial rulings, reflect the perception of the crisis within the football community: anti-corruption investigations are closely intertwined with geopolitical interests and the struggle for the right to host major sporting events. Separate episodes of the investigation also concerned possible payments to high-ranking FIFA officials for supporting other countries' bids and distributing commercial rights. In total, they formed a picture of "systemic corruption," described in the US Department of Justice indictment as a sprawling scheme that had operated for decades. The 2026 World Cup, Infantino, and Trump's Phone Call Against the backdrop of "old" cases involving Blatter and Platini, new scandals are largely linked to the current FIFA leadership, headed by Gianni Infantino. During the preparation for the 2026 World Cup (jointly hosted by the US, Canada, and Mexico), high-profile stories emerged around the FIFA president in which Donald Trump appears once again. According to reports from sports journalists, the former US president personally called Infantino and asked him to soften the punishment for player Folarin Balogun. This episode is being called unique: an American political leader publicly intervening in the decision of a FIFA disciplinary body, and then thanking the federation on social media for "correcting a great injustice." Formally, this case is not classified as corruption, but it demonstrates the degree of politicization of decisions in world football and the federation's dependence on pressure from the leaders of the host country. In the same vein, criticism of Infantino continues regarding his contacts with politicians and controversial decisions during preparations for the 2026 World Cup, including discussions on disciplinary sanctions, match allocation, and commercial contracts. While there is no talk of new criminal cases yet, political interference in FIFA's work raises questions about the transparency and independence of football institutions from national interests. Risk of a New Crisis: Where FIFA, UEFA, and Politics Intersect Formally, FIFA and UEFA are currently trying to demonstrate unity and readiness for reform. After the 2015 scandal, anti-corruption standards were strengthened, the role of ethics committees was expanded, and procedures for choosing tournament hosts were revised. Nevertheless, a series of acquittals in high-profile cases and new political episodes, such as Trump's interference in FIFA decisions, fuel suspicions that the system remains vulnerable. At the UEFA level, the question of trust in FIFA remains acute: the leadership of the European federation has claimed for years that some investigations are selective and used to redistribute power in world football. Platini's lawsuits regarding a "criminal conspiracy" only reinforce the rhetoric that the anti-corruption agenda can serve as a tool for political struggle within the football elite. On the other hand, materials from the US Department of Justice and the FBI, as well as the confessions of a number of functionaries who agreed to cooperate with the investigation, demonstrate the existence of real corrupt schemes and decades of hidden financial flows within FIFA. Against this background, any new episode — from political pressure to controversial financial decisions — is automatically perceived as a potential continuation of the major cases. The combination of unresolved political conflicts, lawsuits from former executives, the pressing attention of the US as the host of the 2026 World Cup, and the strengthening of anti-corruption controls creates the ground for a new crisis of confidence in global football governance. At the center of this field of tension are the relations between FIFA and UEFA, the balance of global and European power, and the question: who controls the rules of the game and how, when football turns into big business and a tool of international politics.
ЮНЕСКО и LG AI Research запустили бесплатный глобальный онлайн-курс, призванный превратить принципы этики ИИ в практические навыки для специалистов, работающих с искусственным интеллектом. Массовый открытый онлайн-курс (MOOC) был представлен в Сеуле во время конференции «Этика в проектировании: индустрия и инновации» (Ethics by Design: Industry and Innovation Conference) и реализуется в партнерстве с платформой Coursera. Новый курс появился в то время, когда правительства, компании и университеты сталкиваются с растущим требованием сделать системы ИИ более прозрачными, справедливыми и подотчетными. В ЮНЕСКО заявили, что инициатива призвана преобразовать давнюю концепцию этики организации в учебную программу, помогающую людям применять эти идеи при принятии повседневных решений в области разработки, внедрения и управления технологиями. От глобальных принципов к практическому обучению Курс основан на Рекомендации об этике искусственного интеллекта ЮНЕСКО, которая была единогласно принята 193 государствами-членами ЮНЕСКО в 2021 году и описывается организацией как первый глобальный нормативный инструмент в области этики ИИ. По словам представителей ЮНЕСКО, MOOC знаменует переход от установления принципов к практике, с целью помочь учащимся использовать подход «этика в проектировании» (ethics-by-design) в системах, которые они создают, регулируют или внедряют. Согласно ЮНЕСКО, курс предназначен для технологов, исследователей, политиков, студентов и других специалистов, чья работа связана с ИИ. На странице курса в Coursera указано, что учащиеся смогут объяснять основные принципы этики ИИ и ответственного использования технологий, оценивать этические риски и социальные последствия, а также применять подходы к управлению и правам человека при разработке и использовании ИИ. Что входит в курс Программа состоит из 10 модулей и охватывает такие темы, как справедливость и инклюзивность, конфиденциальность и управление данными, прозрачность и подотчетность, безопасность и защита, экологическая устойчивость и глобальное управление ИИ. В ЮНЕСКО отметили, что курс делает упор на практическое применение, включая повседневные компромиссы, влияющие на принятие этических решений в сфере ИИ, и использует реальные примеры, адаптируемые концепции и упражнения для саморефлексии. Coursera описывает этот MOOC как практическую базу для людей с базовыми знаниями в области ИИ, которые хотят понять, как этические нормы могут быть встроены в продукты и услуги ИИ. Платформа сообщает, что курс доступен учащимся по всему миру и предусматривает получение сертификата по окончании обучения. Партнерство, нацеленное на широкую доступность В ЮНЕСКО сообщили, что курс был разработан совместно с LG AI Research , участие которой помогло сформировать строгую и перспективную учебную программу. Coursera выступила в качестве партнера по распространению, открыв доступ к курсу для глобальной аудитории через свою платформу онлайн-обучения. Запуск также отражает более широкое стремление к демократизации образования в области этики ИИ. ЮНЕСКО назвала этот MOOC глобальным общественным благом, разработанным так, чтобы быть доступным вне зависимости от границ и поколений. Параллельно с этим ЮНЕСКО ранее объявила о планах создания глобального репозитория передовых практик для демонстрации того, как этика в ИИ применяется во всем мире, в дополнение к процессу разработки курса. Почему это важно сейчас Запуск происходит на фоне усиливающихся дебатов о том, как следует регулировать ИИ по мере распространения этой технологии на рабочих местах, в государственных службах и потребительских товарах. ЮНЕСКО неоднократно подчеркивала, что ее рекомендации по этике являются фундаментом для международного сотрудничества в области управления ИИ, и новый курс, по-видимому, призван сделать эти идеи более применимыми на практике. На конференции в Сеуле дискуссия была сосредоточена на том, как этичный ИИ выглядит на практике — от того, как строятся системы, до того, для кого они предназначены. Мероприятие собрало участников из ЮНЕСКО, LG AI Research, Корейского института безопасности ИИ (Korea AI Safety Institute), Coursera и таких компаний, как Kakao и NAVER, а также представителей академических и исследовательских институтов. Часть более широких усилий в Корее и за ее пределами Как сообщает The Korea Herald , компания LG AI Research запустила курс в партнерстве с Корейской национальной комиссией по делам ЮНЕСКО, и эта инициатива является продолжением сотрудничества, сформированного после саммита AI Seoul Summit в 2024 году. Издание также сообщило, что в разработке учебной программы участвовали эксперты по этике ИИ из таких учебных заведений, как Университет Карнеги — Меллона, Стэнфордский университет, Оксфордский интернет-институт и Институт Алана Тьюринга. В публикации добавлено, что партнеры планируют запустить пилотную программу обучения этике ИИ для разработчиков и исследователей позднее в этом году, с последующим расширением до пяти–десяти региональных университетов по всей Корее к 2027 году. Эти планы позволяют предположить, что MOOC может послужить не только самостоятельным курсом, но и основой для более масштабных образовательных инициатив в регионе. Для ЮНЕСКО этот проект соответствует более широкой стратегии превращения своих рекомендаций в инструменты, которые учреждения могут реально использовать. Организация утверждает, что этические стандарты ИИ обретают ценность только тогда, когда они переходят из области политических деклараций в разработку технологий, научные исследования, отраслевую практику и принятие решений на государственном уровне. Этот курс призван помочь именно в этом, предоставляя учащимся общую базу для принятия решений, которые все больше влияют на общественную жизнь. Благодаря бесплатному доступу, сертификации и учебной программе, нацеленной на принятие практических решений, MOOC от ЮНЕСКО и LG AI Research позиционируется одновременно как образовательный продукт и инструмент политики. Его успех, вероятно, будет зависеть от того, примут ли его разработчики, регулирующие органы и организации в качестве общего ориентира для ответственной работы с ИИ.
AD
728×90
TAC
Реклама
Sara Lindqvist·09:26 23.07.2026
Sara Lindqvist·08:46 23.07.2026
Sara Lindqvist·11:33 22.07.2026
